В минувшее воскресенье, 18 января 2026 года, в Казахстане вступил в силу Закон об искусственном интеллекте. Помимо всего прочего, он чётко фиксирует новый этап развития страны – переход от цифровизации процедур к интеллектуальному управлению сложными экономическими процессами. Как это скажется на такой важной теме, как госзакупки, продолжает разбираться экономический обозреватель CMN.KZ Талгат Турганбек
Напомним, в предыдущем материале мы разбирались, как именно будет полезен искусственный интеллект в сфере госзакупок, через которую ежегодно проходят десятки триллионов тенге и где цена ошибки особенно высока.
Зачем нам искусственный разум?
Ещё одна из ключевых причин, почему ИИ необходим именно в сфере государственных закупок – реальные проблемы и нарушения.
Несмотря на правовое регулирование и цифровую платформу, практика показывает наличие системных нарушений и недостатков контроля, вот несколько официальных публикаций:
- по данным Департамента внутреннего государственного аудита Астаны, за 2025 год камеральный контроль проверил более 63 000 госзакупок на сумму около 3,6 трлн тенге. При этом около 1,7 тыс. из них признали содержащими нарушения на сумму порядка 20,3 млрд тенге;
- по итогам 2025 года специалисты Высшей аудиторской палаты РК провели 32 крупных аудита порядка 250 объектов на сумму около 74 трлн тенге и выявили нарушения на более 2,9 трлн тенге, из которых свыше 365 млрд тенге уже вернули в бюджет. При этом материалы по ряду фактов передали в правоохранительные органы. Среди прочего, в ряде объектов аудита обнаружили случаи финансовых нарушений и неэффективного использования средств, что подчеркивает необходимость совершенствования механизмов контроля и прогнозной аналитики.
Эти факты говорят не о формальных ошибках, а о структурных рисках, которые возникают ещё на этапе планирования, формирования технических требований, оценки цен и выбора поставщика.
О таких нарушениях можно говорить долго, и сложно представить их масштаб по всей стране, когда только в столице в минувшем году таковых насчитали на более 20,3 млрд тенге.
А теперь подробнее о новом законе об искусственном интеллекте. По сути это первый системный нормативно-правовой акт, который определяет правовые основы разработки, внедрения и использования технологий ИИ в государственном управлении, экономике и общественных процессах.
Принятие этого закона стало логичным продолжением масштабной цифровизации и автоматизации, проведённой государственными органами за предыдущие годы.
Документ закрепляет ключевые принципы применения ИИ: приоритет человека и ответственности, прозрачность, объяснимость алгоритмов, недискриминационный подход и использование ИИ в целях повышения эффективности и качества принимаемых решений.
Однако он также чётко фиксирует новый этап развития – переход от цифровизации процедур к интеллектуальному управлению сложными экономическими процессами, где одних лишь электронных порталов и автоматизированных регламентов уже недостаточно, особенно в таких капиталоёмких сферах, как государственные и квазигосударственные закупки с ежегодными объёмами в десятки триллионов тенге.
Для тех, кто не совсем понимает в чём же кроется принципиальная разница между цифровизацией, автоматизацией и ИИ, мы поможем разобраться.
- Цифровизация – перевод процессов из ручного формата в электронный: объявления, заявки, публикации, отчёты. Это уже сделано в рамках закона.
- Автоматизация – алгоритмическое выполнение заранее заданных шагов (например, рассылка уведомлений, проверка комплектности документов), которые описаны в нормативных правилах закона.
- Искусственный интеллект (ИИ) – не просто автоматизация, а обучающаяся система, способная выявлять закономерности в больших данных, предсказывать результаты и предлагать управленческие рекомендации, которые не прописаны вручную в правилах. Это как перейти от «делать то же быстрее» к «делать лучше на основе данных».
В контексте закона дано следующее определение: ИИ – это функциональная способность к имитации когнитивных функций, характерных для человека, обеспечивающая результаты, сопоставимые с результатами интеллектуальной деятельности человека или превосходящие их.
Значит, цифровизация – делает процессы электронными, автоматизация – быстрыми, а ИИ – умными. То есть ИИ – это технология, которая умеет анализировать данные, делать выводы и помогать принимать решения так же, как человек, а в сложных задачах – даже лучше.
Архитектура ИИ в закупке
В этих условиях ключевым становится не усиление количества проверок, а переход к системному, экономически обоснованному и превентивному управлению закупочными процессами.
Вышеуказанная схема отражает предлагаемую архитектуру взаимодействия государственных органов, квазигосударственного сектора и искусственного интеллекта (ИИ) в рамках действующей системы государственных и квазигосударственных закупок Казахстана.
Здесь видно, как искусственный интеллект может быть встроен в существующую закупочную экосистему таким образом, чтобы:
- не нарушать действующее законодательство;
- не изменять распределение полномочий между государственными органами;
- повысить экономическую обоснованность, прозрачность и превентивный контроль закупочных процедур.
ИИ в данной модели не заменяет человека и не принимает юридических решений, а используется исключительно как система поддержки принятия решений.
Общая логика работы системы
Закупочный процесс начинается с заявки заказчика и проходит стандартные этапы: планирование, проведение процедуры, определение победителя и исполнение договора. Все процедурные данные формируют и хранят в действующих государственных и корпоративных информационных системах – порталы госзакупок, системы Самрук-Қазына, Байтерек и другие.
ИИ-платформа получает доступ к агрегированным и структурированным данным и выполняет аналитические функции:
- анализ технических спецификаций;
- анализ цен и рыночных условий;
- выявление аномалий и рисков;
- формирование комплексных рекомендаций.
Результат работы ИИ – рекомендации, которые используются заказчиком при принятии решений. Ответственность за итоговое решение полностью сохраняется за ним, как это и предусмотрено законом.
В чём роль ключевых государственных органов?
Министерство финансов – регулятор и методолог системы госзакупок. Определяет правила, но не участвует в аналитике ИИ. Является пользователем аналитики и рекомендации ИИ.
Министерство искусственного интеллекта и цифрового развития – владелец и координатор ИИ-платформы, стандартов и архитектуры (без вмешательства в закупочные решения).
Бюро национальной статистики (БНС) – источник официальных ценовых индексов, макроэкономических и региональных показателей, используемых ИИ для экономической обоснованности. Использует итоги закупок для формирования статистики цен.
Высшая аудиторская палата (ВАП) и органы внутреннего госаудита (ВГА) – используют аналитику ИИ для рискориентированного отбора объектов контроля. В ИИ передаются только агрегированные риск-паттерны.
Агентство по финансовому мониторингу (АФМ) – продолжает контролировать финансовые потоки после оплаты по контрактам. В ИИ передаются только агрегированные рискпаттерны без доступа к банковской тайне.
Судебная система – формирует правоприменительную практику, которая используется ИИ для обучения и снижения повторяемости ошибок.
Принципиальные ограничения и гарантии
Здесь нужно отметить важные аспекты работы ИИ с государственными закупками.
В первую очередь, искусственный интеллект не имеет возможности напрямую взаимодействовать с поставщиками.
Во-вторых, он не принимает решений и не влияет на выбор победителя напрямую.
При этом ИИ работает только с данными, доступными в рамках закона, с соблюдением требований к защите информации, а все его рекомендации объяснимы и воспроизводимы.
От контроля – к управлению: ожидаемый эффект
Внедрение вышеуказанной архитектуры позволяет решить сразу несколько задач.
В частности, перейти от постфактум-контроля к превентивному управлению рисками, повысить экономическую обоснованность цен и технических требований, сократить количество нарушений, дополнительных соглашений и судебных споров. И, конечно, усилить реализацию принципов действующего законодательства о закупках без его изменения.
Эффект от внедрения ИИ поддаётся измерению через снижение ценовых отклонений, количества допсоглашений и числа судебных споров.
При этом предлагаемая архитектура не создаёт нового центра власти, а объединяет существующие институты в единый экономически связанный контур, где искусственный интеллект выступает инструментом повышения качества решений и эффективности использования государственных средств.
А что в мире?
Международные исследования показывают, что ИИ действительно способен улучшать качество закупочной политики:
Отчёт OECD «Governing with Artificial Intelligence» подчёркивает, что в ряде стран применения ИИ к аналитике закупок помогло снизить число аномальных лотов, повысить качество оценки предложений и усилить превентивный контроль рисков до заключения контрактов.
Исследования OECD по цифровой трансформации закупок документирует, что аналитику больших данных используют для раннего выявления ценовых аномалий, паттернов сговора и эффективности исполнения контрактов, что в совокупности повышает прозрачность и экономическую эффективность публичных расходов.
Такие подходы уже внедряют в Европейском союзе, Великобритании и Южной Корее, где аналитические платформы с ИИ-модулями помогают управлять рисками и предотвращать нарушения, а не только фиксировать их постфактум.
Что ИИ может дать конкретно:
- автоматически формировать референтные цены на основе исторических данных, снижая риск демпинга и необоснованных ценовых отклонений;
- анализировать технические спецификации и выявлять признаки ограничения конкуренции или чрезмерно узких требований;
- прогнозировать стоимость жизненного цикла (LCC), позволяя сравнивать не только цену закупки, но и эффективность владения объектом в долгосрочной перспективе;
- оценивать риски победителей и сигнализировать о аномалиях ещё до заключения контрактов;
- мониторить исполнение и допсоглашения в реальном времени, что снижает скрытое удорожание.
- ИИ не заменит закон, но усилит его работу.
И последний пункт очень важен для понимания. Также искусственный интеллект не заменит институты контроля, аудит и правоприменительную практику. Это не волшебная кнопка, а инструмент, который помогает исполнить уже действующие правовые требования более эффективно, в духе тех принципов, которые этот закон провозглашает: оптимальности, равных возможностей, честной конкуренции и прозрачности.
Цифровизация и автоматизация, которые уже реализованы в Казахстане, создали платформу для публичной и электронной работы с госзакупками, как это требует действующее законодательство. Однако эти подходы не обеспечивают полного экономического и превентивного контроля над крупными потоками средств.
Искусственный интеллект в рамках законодательства – это следующий шаг, позволяющий перейти от фиксации нарушений к их предотвращению, от формальной процедуры – к управлению рисками и повышению эффективности бюджетных расходов.
Подписывайтесь на официальный Telegram-канал CMN.KZ
