В Казахстане один человек читает в среднем всего по 2,5 книги в год. При этом издательства завалены рукописями, а отечественные проекты готовят к экспансии на мировые рынки. Почему продажи книг на казахском языке в три раза ниже, чем на русском, а маркетплейсы забирают почти половину прибыли – в материале корреспондента CMN.KZ
В алматинском литературном доме «Мың кітап» прошла встреча, которая на первый взгляд касалась простого вопроса: «Есть ли у книги будущее в Казахстане?». На площадке собрались те, кто сегодня определяет лицо отечественного книгоиздания, чтобы обсудить путь книги от первого черновика до полки магазина и выхода на мировые площадки. Разговор посвятили системным проблемам, которые годами мешают отрасли стать полноценным рынком.
Модерировала встречу директор издательства «Steppe & World Publishing» Раиса Қадер.
«В среднем казахстанец читает всего по две с половиной книги в год – это в разы меньше мировых показателей. И это главная проблема: индустрии не помогут разовые акции или громкие презентации, пока мы заново не вырастим саму привычку читать», – считает она.
По словам участников встречи, в Казахстане сложилась уникальная ситуация: у нас есть талантливые авторы, активные издатели и разветвленная библиотечная сеть, но книжный рынок, несмотря на свою устойчивость, сталкивается с серьезными препятствиями.
«Есть авторы, которые долго шли к своей мечте»: действительно ли книжная индустрия Казахстана умирает?
О состоянии книжной индустрии в Казахстане и её трансформации за последние годы рассказал директор издательства «Мазмұндама» Шынгыс Мукан, ранее работавший в Администрации президента и в региональных органах власти. По его словам, интерес к литературе постепенно возвращается, хотя путь к этому был непростым.
«В целом за последние десять лет в книжной сфере заметно вырос интерес к жанру романа. До этого, в советский период, культура чтения была выстроена в определённую систему и на государственном уровне поддерживалась. А в первые годы независимости в этой сфере действительно наблюдался определённый спад», – отметил он.
По его словам, перелом произошёл благодаря инициативе самих участников рынка.
«За последние десять лет в этом направлении появились энтузиасты. Каждый начал своё дело. Стали развиваться разные направления. Благодаря этому культура чтения начала постепенно возрождаться, а книжная индустрия, кажется, понемногу выходит на новый уровень», – поделился Мукан.
Он также подчеркнул, что сегодня в стране формируется новое поколение авторов и издателей, которые уже влияют на развитие отрасли.
«Я думаю, у нас есть авторы, которые долго шли к своей мечте, и их работы постепенно начинают выходить в свет. Поэтому нельзя сказать, что в современной издательской сфере нет реальных изменений. Наоборот, новое поколение, новые издательства и молодые авторы поднимают эту отрасль на определённый уровень», – добавил он.
Отдельно спикер остановился на роли литературы в формировании национальной идентичности.
«Для нас самое важное – развивать казахский язык, казахское мировоззрение и менталитет через книги. После девяностых многие писатели начали работать в новых условиях, появилось много книг. Но вместе с этим встал вопрос: в чём смысл литературы и зачем вообще нужна книга», – отметил эксперт.
По его мнению, сегодня литература переживает более сложный этап, чем раньше, поскольку изменился сам читатель.
«Каждый автор отвечает на этот вопрос по-своему. Но в конечном итоге литература – это зеркало общества, инструмент, который отражает мышление и сущность народа. Сейчас мы пришли к более сложному этапу потребления литературы. Если в советское время в основном читали казахскую литературу и воспринимали предложенный контент, то сегодня у читателя гораздо больше выбора. И теперь задача – вывести казахскую литературу на новый уровень и сделать её ближе к молодому поколению», – сказал он.
Издать – не значит продать: парадокс «пустых полок» и дефицит казахскоязычного потребителя
Одним из самых острых блоков стало обсуждение продаж. Шынгыс Мукан предложил ориентироваться на данные продаж.
По его оценке, крупнейшей площадкой реализации книг сегодня остаётся «Kaspi.kz», где в месяц продаётся около 500 тысяч книг. Из них примерно 75% – на русском языке и около 25% – на казахском. Он отдельно уточнил, что говорит не о деньгах, а именно о количестве проданных экземпляров и аудитории.
Эту мысль конкретным примером продолжила редактор «Meloman Publishing» Каракоз Турганова. По её словам, они выпускали книгу алматинского автора одновременно на казахском и русском языках. Условия были одинаковыми: один и тот же текст, та же типография, одинаковая обложка, одинаковая цена, один и тот же тираж – по 500 экземпляров на каждый язык.
«Результат оказался разным: на русском осталось около 200 книг, то есть продано 300. На казахском – около 400, продано всего 100 экземпляров. Мы делали маркетинг, промо, презентации, ставили акции – всё одинаково для обеих версий. Но разница в спросе оказалась существенной. Это показывает, что проблема не только в наличии книг на казахском, а в отсутствии сформированного потребителя», – сказала она.
Это, по сути, и стало одним из главных выводов встречи. Казахстанские издатели уже умеют печатать качественные книги на казахском, переводить мировые бестселлеры и делать конкурентный продукт по форме. Но сам рынок чтения на казахском языке всё ещё не стал массовым настолько, чтобы тянуть за собой большие тиражи и стабильные продажи.
«Комиссия до 40%»: почему книги в Казахстане становятся дороже
Участники встречи подняли и одну из самых «болезненных» финансовых тем – переход от офлайн-покупок к маркетплейсам. Эксперты рассказали, что онлайн-платформы стремительно поглощают аудиторию традиционных книжных магазинов, но этот переход имеет высокую цену.
По словам издателей, зачастую комиссии маркетплейсов с учётом всех сборов и маркетинговых акций могут достигать 33–40% от стоимости книги. Для сравнения, на глобальном рынке «Amazon» в 2026 году также продолжают повышать операционные расходы для продавцов, что делает маржу издателей минимальной.
В Казахстане ситуация усугубляется тем, что маркетплейсы забирают львиную долю прибыли, не оставляя средств на развитие физических магазинов. Издатели оказываются в ловушке: без онлайна сегодня невозможно обеспечить охват, но работа через посредников неизбежно толкает цены вверх.
Читательский навык нужно выращивать заново
По словам Шразаддина Каниязова, директора отдела продажи «KitapAl», проблему книжной индустрии ошибочно сводят только к деньгам, хотя ключевую роль играет система образования.
«Поэтому второй важный вопрос – это сфера образования. Очень часто всё упирается в деньги, но проблема не только в финансах. Если мы действительно хотим создавать качественный продукт, в первую очередь должны быть цель и понимание», – отметил он.
Он подчеркнул, что одного выпуска книг недостаточно – важно формировать культуру чтения.
«Спрос на книги на казахском языке есть, но для его развития недостаточно просто издавать книги – нужно формировать среду и культуру чтения. Если рассматривать всё только через призму “нужны деньги”, эта сфера не будет развиваться. Напротив, необходимы правильная система, качественный контент и системная работа», – пояснил Каниязов.
Отдельно он выделил проблему слабой читательской привычки у молодёжи. Эксперт считает, что работать в этом направлении нужно с раннего возраста – со школы, университетов, всей системы образования. То есть, важно менять сам подход к обучению.
«Например, важно не просто обучать студентов и школьников, но и вовлекать их в исследовательскую деятельность. Через такие дисциплины, как философия, психология, педагогика, нужно развивать культуру мышления. Это, в свою очередь, повышает интерес к чтению», – отметил спикер.
Также, по его мнению, необходимо системно работать с авторами – поддерживать их, помогать развивать новые темы. А формирование нового поколения казахстанских писателей – одна из ключевых задач.
При этом, по его словам, многие авторы остаются вне внимания.
Новых авторов много, но готовых рукописей почти нет
Тему подхватила Баян Хасанова, директор «Alqa Publishing». Она считает, что талантливых и амбициозных авторов в стране много, но это ещё не значит, что рынок получает зрелых профессионалов.
«Можно сказать одно: авторов действительно много. Но у большинства нет чёткого понимания, чего они хотят. Часто люди просто хотят выпустить книгу, без стратегии и понимания аудитории», – сказала она.
По её словам, даже амбициозные авторы часто не представляют, как устроена работа издательства. Каждый хочет, чтобы издатель продвигал именно его книгу, вкладывался именно в его жанр, выделял отдельного маркетолога и отдельный бюджет. Но в реальности издательство выпускает одновременно 20–25 книг, и поставить на индивидуальное сопровождение каждого автора просто невозможно.
Шынгыс Мукан добавил, что около 95% рукописей требуют серьёзной доработки. Часто автор приносит не готовый текст, а только тему или идею, а всё остальное – структура, редактура, концепция, стилистическая правка – фактически собирается уже внутри издательства.
Каракоз Турганова продолжила эту мысль: по её словам, многие рукописи содержат сложные темы – 18+, религиозные мотивы, спорные формулировки, – которые требуют не только редакторской работы, но и дополнительной экспертизы. Это значит время, деньги и юридические риски. При этом авторы часто не понимают, что продвижение книги – это не только работа издательства, но и их собственная обязанность.
Авторское право остаётся серой зоной
Дискуссия о новых именах логично переросла в обсуждение авторского права. Баян Хасанова подчеркнула: одна из самых острых проблем сегодня заключается в том, что авторы рассылают одну и ту же рукопись сразу в несколько издательств одновременно:
«Сегодня, пожалуй, нет такого издательства, которое бы не опубликовало "Менің атым Қожа". Авторы часто отправляют свои рукописи сразу в несколько мест, из-за чего впоследствии возникают серьезные споры по авторским правам».
В итоге разные команды могут параллельно тратить ресурсы на один и тот же текст. Бывают и более болезненные истории: после выхода книги автор спрашивает, почему она «не зарабатывает», а ещё через некоторое время требует вернуть права, хотя издательство уже вложилось в редактуру, обложку, печать и продвижение.
С юридической точки зрения базовые правила в Казахстане существуют давно. Закон «Об авторском праве и смежных правах» действует с 1996 года, а в Уголовном кодексе есть отдельная статья о нарушении авторских и смежных прав. Кроме того, обязательный экземпляр печатной продукции учитывается через Национальную государственную книжную палату. То есть на бумаге инструменты защиты есть.
Но на практике, как ясно из слов издателей, проблема часто не в отсутствии закона, а в слабой правовой культуре внутри самой отрасли.
Корреспондент CMN.KZ также подняла вопрос авторского права на примере книги «91–23» о казахстанской музыкальной сцене, которая оказалась в центре громкого судебного спора.
Книга вышла в конце 2024 года как первое масштабное исследование популярной музыки независимого Казахстана. Однако уже в марте 2025 года против авторов подали иск. Истец заявил о нарушении личных и авторских прав из-за того, как в книге упоминалось его творчество.
Требования были серьёзными: признать книгу контрафактной, изъять весь тираж и даже уничтожить его, а также взыскать более 190 млн тенге компенсации. Суд в качестве обеспечительной меры временно запретил распространение книги – её фактически сняли с продажи.
Как пояснила Каракоз Турганова, сам спор был не столько про классическое авторское право, сколько про использование имени:
«Мы издавали эту книгу совместно с фондом Батырхана Шукенова и столкнулись с иском в наш адрес. Здесь речь даже не столько об авторском праве в классическом понимании, сколько о претензиях автора по поводу использования его имени».
Процесс длился около восьми месяцев и прошёл через несколько инстанций. В итоге суд встал на сторону авторов: книгу признали исследовательской работой и не нашли нарушений авторских прав. Тем не менее последствия оказались ощутимыми. Издание на полгода исчезло из продажи, а команда была вынуждена тратить ресурсы на суды вместо развития проекта.
Этот процесс стал показательным кейсом для всей индустрии: даже упоминание имён и фактов в исследовательском контексте может стать причиной судебного давления, а сама книга – объектом запрета.
Пиратство и «подделки» никуда не делись
Отдельно участники затронули тему пиратства, которое в Казахстане давно приобрело масштабы стихийного бедствия. Речь шла не только о цифровых PDF-сканах и нелегальных аудиоверсиях в мессенджерах, но и о вполне осязаемых «подделках» на прилавках.
Сегодня на рынках можно легко встретить контрафактные копии популярных книг. Многие покупатели осознанно выбирают такие экземпляры, полагая, что «там дешевле», однако на деле они получают продукт сомнительного качества: с плохой бумагой, дефектами печати и отсутствием нормальной редактуры. Издатели подчёркивают: это не просто вопрос выгоды, а прямое нарушение закона.
«В казахстанском законодательстве контрафактные экземпляры четко определены как незаконно воспроизведённые объекты авторского права. Мы стараемся бороться с этим, пишем жалобы и обращения, но отследить каждую точку на базаре или каждый анонимный сайт практически невозможно», – отмечают представители отрасли.
Для небольших издательств такая ситуация особенно болезненна. При ограниченных тиражах и высоких затратах на производство каждая утечка или проданная на рынке «пиратка» фактически отъедает часть и без того скромных продаж, ставя под угрозу выход следующих новинок.
Сколько вообще стоит издать книгу?
Отдельно корреспондент CMN.KZ обратился к некоторым из экспертов лично, чтобы узнать всю подноготную системы. Как пояснили специалисты, в вопросах о точной стоимости издания книги закреплённых цифр нет.
Баян Хасанова объяснила, что всё зависит от формата, тиража, объёма, бумаги, материалов и типа обложки. Но при этом печать – только часть расходов.
«Кроме этого, есть ещё интеллектуальный труд, который стоит не меньше, а иногда и дороже. Это редактура, корректура, художественное редактирование, есть ответственный редактор – он организует весь процесс», – сказала она.
По её словам, над одной книгой работает сразу несколько специалистов: редактор, корректор, дизайнер обложки, верстальщик, выпускающий редактор. У каждого – своя ставка и своя зона ответственности. Поэтому вопрос «сколько стоит книга?» всегда считается индивидуально.
Корреспондент CMN.KZ решил разобраться в вопросе самостоятельно и примерно рассчитать, во сколько сегодня обходится издание книги в Казахстане. И действительно, рыночная логика это подтверждает.
По открытым источникам, в среднем печать одной книги обходится от 800 до 1200 тенге при мягкой обложке и от 2500 до 4000 тенге – при твёрдом переплёте. Например, при тираже 500 экземпляров только печать может стоить от 400 тысяч до 1,5 млн тенге. Однако на этом расходы не заканчиваются.
К изданию книги также добавляются затраты на редактуру и корректуру, в среднем от 1500–2000 тенге за страницу, дизайн обложки около 10–30 тысяч тенге, верстку от 10–50 тысяч тенге, а также организационные расходы. Весь процесс обычно координирует отдельный специалист – ответственный редактор.
Если сложить все этапы от подготовки текста до печати, – базовый бюджет книги может составить от 500 тысяч до 1 млн тенге. При более качественном подходе, с полноценной редактурой, дизайном и продвижением, сумма легко достигает 1–3 млн тенге и выше.
При этом важно учитывать, что издательство несёт не только материальные, но и интеллектуальные затраты, которые напрямую влияют на итоговую стоимость проекта. В общем, цена книги зависит от объёма, тиража, качества материалов, уровня подготовки текста и количества специалистов, задействованных в работе.
То есть дорогая книга на полке – это не только цена бумаги, а в значительной степени цена маленького тиража и большого объёма ручной работы.
Что читают казахстанцы и почему длинный роман проигрывает?
Отвечая на вопрос об актуальных жанрах, Баян Хасанова отметила, что молодёжь всё чаще отказывается от объёмных романов, отдавая предпочтение коротким историям с динамичным сюжетом.
По её словам, если раньше читатель был готов к масштабным полотнам вроде «Абай жолы» или «Аласапыран», то сейчас востребованы тексты с предельно понятной структурой: завязка, развитие и финал. Особенно популярны гибридные формы, где в одной книге могут одновременно сочетаться элементы мелодрамы, триллера и фантастики.
Но здесь возникает парадокс. Именно в этих жанрах, по словам Каракоз Тургановой, сегодня пишет большинство начинающих авторов. По её оценке, около 80% всех новых рукописей, поступающих в издательство, – это фэнтези и комиксы.
И хотя во всём мире именно эти направления приносят огромную прибыль, в Казахстане они пока не работают в полную силу. Главные причины, по мнению экспертов, кроются в отсутствии широкой аудитории и развитой экосистемы вокруг анимации и кино. В стране пока не сформирована привычка продвигать книжные истории как часть большой коммерческой франшизы, где за книгой следует экранизация, мерч и видеоигры.
Поэтому почти все спикеры сошлись в одном: индустрии остро нужна новизна, но авторам стоит заранее задумываться, о чём они пишут, кому адресован их текст и насколько он вообще будет востребован рынком.
Героиня второго плана: почему образ женщины в литературе всё ещё в тени
Баян Хасанова также отметила, что образ женщины в современной казахской прозе всё ещё формируется. В крупных романах, написанных мужчинами, женщина зачастую остаётся персонажем второго плана:
«Она выступает скорее как помощница, фон или дополнение к главному герою, нежели как самостоятельный субъект»
Женщины-авторы пытаются ломать этот стереотип, но таких текстов пока слишком мало, чтобы они стали массовым трендом. Это доказывает: отечественная литература всё ещё находится в поиске нового языка и сильных героинь, которые были бы понятны и близки современному поколению.
Может ли казахстанская книга выйти на мировой рынок
Самым амбициозным блоком встречи стала международная перспектива. Баян Каблаш перевела фокус с выживания внутреннего рынка на его следующий шаг – экспорт историй за рубеж.
В ответе на вопрос корреспондента CMN.KZ она отметила, что казахстанские издатели и культурные организации уже активно нарабатывают контакты с зарубежными партнёрами и участвуют в глобальных профессиональных событиях. Речь прежде всего о таких площадках, как «Bologna Children’s Book Fair» и Франкфуртская книжная ярмарка. Планы по участию Казахстана в Болонской ярмарке уже анонсированы официально.
Однако, по словам Каблаш, продать права за рубеж невозможно без «фундамента» дома:
«Внутреннему рынку сначала нужно дать вырастить своих авторов. Чтобы выйти за рубеж, у автора должна быть узнаваемость: его книги должны продаваться здесь, его имя должно быть известно», – подчеркнула эксперт.
Особое внимание уделили смене парадигмы: сегодня нужно мыслить не просто категорией «одной книги», а категорией контента. Это целая экосистема: книга, фильм, анимация, мерч. Именно такой комплексный подход делает локальную историю понятной глобальному рынку.
В качестве примера была озвучена новая для рынка стратегия: один из текущих проектов фонда сначала был выпущен на английском языке и лишь затем начал переводиться на казахский. Это наглядный пример того, как издатели перестают ждать, когда их заметят, и сразу проектируют продукт, адаптированный под международную аудиторию.
Пока книга в Казахстане держится на усилиях очень мотивированных людей. Но если разговоры о чтении, школе, авторском праве, переводах, цене книги и международной стратегии перестанут быть темой только узких профессиональных встреч, у отрасли появится шанс стать по-настоящему массовой. И тогда вопрос «есть ли у книги будущее в Казахстане?» исчерпает сам себя.
Ранее мы писали о скандале вокруг казахстанского писателя Акберена Елгезека, которого в сети обвиняли в завышении цен на книги и непрозрачных схемах продаж.
Подписывайтесь на официальный Telegram-канал CMN.KZ
