Цифры, которые сложно принять на первый взгляд: бутылка воды в супермаркетах часто стоит дороже литра бензина. Это не случайность и не маркетинговая уловка, а отражение глубинных экономических механизмов, которые формируют цены, инфляцию и восприятие потребителя. В ценовых коллизиях разбирался экономический обозреватель CMN.KZ Талгат Турганбек
Такая разница выглядит абсурдной лишь на первый взгляд. На самом деле это экономический диагноз, который объясняет текущую модель рынка Казахстана.
Но давайте обратимся к реалиям, чтобы не быть голословными.
Вот парадокс, который видят все – в начале 2026 года в Астане и Алматы в среднем литр автомобильного топлива марки АИ-92 стоил примерно 210–230 тенге за литр. А литр бутилированной воды продавали от 350 до 700 тенге в зависимости от производителя.
Фактически, вода дороже бензина в два–три раза.
И это при том, что бензин – продукт с куда более сложной цепочкой затрат: добыча нефти, переработка, транспортировка и сложные технологические процессы. А производство воды – скважина, фильтр, розлив и тара.
Но рынок говорит обратное. Почему? Давайте разбираться.
Иллюзия себестоимости
В классической экономике цена складывается из суммы издержек и маржи. Но здесь эта формула не работает.
Реальная себестоимость литра воды 90–150 тенге за литр (включая упаковку, логистику, фильтрацию и персонал). Реальная рыночная цена – от 350 до 700 тенге.
И здесь надо понимать, что такая разница – это не “жадность”. Это экономическая модель, в которой мы платим не за воду, а за бренд, удобство и эмоцию. И вода – не просто вода.
По сути, как я уже говорил выше, в цену бутылки воды входит следующее:
|
Компонент |
Примерная доля в себестоимости |
|
Сам источник воды |
< 5% |
|
Фильтрация и подготовка |
10–20 тенге |
|
Пластиковая тара и этикетка |
30–50 тенге |
|
Логистика и складирование |
20–30 тенге |
|
Персонал и накладные |
10–20 тенге |
|
Итого "чистая" себестоимость |
90–150 тенге/л |
Но опять же повторюсь, покупаем мы не просто воду, а удобство и образ.
Потому что магазинная вода перестаёт быть просто ресурсом, а становится маркетинговым продуктом:
- бренд,
- удобство формата,
- присутствие в каждой торговой точке,
- сезонный спрос,
- маркетинговая упаковка,
- маржа дистрибутора и розницы.
Почему же бензин дешевле?
Потому что бензин в Казахстане – не товар, а социальный стабилизатор. Он регулируется государством, имеет ценовые коридоры, используется как якорь против инфляции (особенно сегодня, когда инфляция двузначная).
Фактически, бензин субсидируется всей экономикой.
Государство удерживает её ниже, чтобы:
- не обрушить логистику,
- не разогнать инфляцию,
- не вызвать социальный взрыв.
Что это говорит об экономике?
Этот парадокс – не случайность, а симптом. Мы имеем тот факт, что цена больше не отражает ценность ресурса. При этом регулируемые рынки искажают сигналы. Ну а рынок «коммерсантов» зарабатывает на психологии, а не на себестоимости.
Второй момент – мы живём в системе, где стратегические товары дешевле реальных, а простые – дороже сложных.
И когда литр воды стоит дороже литра бензина, это не про жадность производителей. Это про то, что государство субсидирует стабильность, в то время как рынок монетизирует комфорт. Между этими двумя силами формируется новая экономика – где цена больше не про ресурс, а про то, что мы готовы считать ценным.
Когда правила рынка переписываются государством и поведением потребителей, мы получаем именно такие «экономические парадоксы», которые заставляют нас по-настоящему задуматься о том, как формируются цены, зачем мы платим и за что именно.
К слову, это парадокс глобального масштаба, не только Казахстана. Это наблюдается в США, Европе, Японии, Южной Корее и даже в ряде нефтедобывающих стран.
Подписывайтесь на официальный Telegram-канал CMN.KZ
