Казахстан официально делает ставку на технологии. Президент Касым-Жомарт Токаев объявил 2026-й Годом искусственного интеллекта, автоматизации и цифровизации, обозначив ИИ как ключевой инструмент повышения эффективности государственного управления и экономики. Это решение выглядит своевременным и стратегическим – но в какой именно сфере внедрение ИИ даст наибольший эффект для государства и общества?
В этом вопросе разбирался экономический обозреватель CMN.KZ Талгат Турганбек.
По его мнению, ответ лежит не в чат-ботах и не в витринах электронных услуг. Он – в сфере, через которую ежегодно проходят десятки триллионов тенге и где цена ошибки особенно высока. Речь идёт о госзакупках и закупках квазигосударственного сектора.
О каких суммах идет речь и сколько тратит государство
Официальная статистика даёт лишь частичную картину. По данным Минфина, объём госзакупок государственных органов в 2024 году составил около 9 трлн тенге. Однако за пределами этой цифры остаётся квазигосударственный сектор – национальные холдинги и компании, которые оперируют сопоставимыми, а иногда и большими объёмами средств.
Ни в одном отчете к сожалению не найти готовую цифру, указывающую одной строкой объем годового закупа национальных холдингов.
Однако, используя методику вычета незакупочных статей (ФОТ, амортизация, налоги, финансовые расходы) из себестоимости, операционных расходов и инвестиционных программ, можно восстановить приближённый, но экономически корректный объём реальных закупок ТРУ (товары, работы, услуги – Прим. Ред.).
Для полноты картины, в расчётах использовалась консолидированная финансовая отчётность за 2024 год, поскольку годовая отчётность за 2025-й на момент подготовки материала ещё не опубликована, а именно она является единственным источником, отражающим фактически понесённые расходы по группе.
Принципиально важно, что утверждённый бюджет и объём закупок – разные экономические категории.
Результат показателен:
- группа «Самрук-Қазына» – порядка 13–14 трлн тенге закупок в год (без НДС);
- холдинг «Байтерек» – около 45–50 млрд тенге (без НДС);
- госорганы – около 9 трлн тенге.
Совокупно речь идёт о более чем 22 трлн тенге ежегодных закупок – сумме, сопоставимой с половиной республиканского бюджета и эквивалентной около 16% всего ВВП Казахстана по итогам 2024 года. Часть из этого объема относится к долгосрочным контрактам, то есть закупка не объявляется ежегодно, но тем не менее, это дает представление об объеме среднегодового закупа.
В чём системная проблема
Казахстанская система закупок формально цифровизирована: электронные порталы, онлайн-процедуры, открытые лоты. Но по своей сути она остаётся бухгалтерской, а не экономической.
Сегодня закупки ориентированы на:
- соблюдение процедур;
- минимальную цену на входе;
- формальную конкуренцию.
И почти не ориентированы на рыночную справедливость цены, стоимость жизненного цикла, качество, долгосрочный эффект для экономики и налогоплательщика.
Именно поэтому «дешёвая» победа в тендере нередко оборачивается дорогими допсоглашениями, низким качеством и повторными расходами. Именно поэтому технические спецификации часто пишутся под конкретных поставщиков, а начальная цена лота формируется без глубокого анализа рынка.
Почему именно ИИ способен изменить правила игры
Искусственный интеллект в закупках – это не автоматизация тендера и не замена чиновника алгоритмом. Это смена логики управления.
ИИ способен стать тем, чего сегодня системе не хватает:
- единым мозгом цены, анализирующим тысячи контрактов и формирующим референтные ценовые коридоры;
- инструментом выявления аномалий – от завышенных технических требований (ТС) до картельных паттернов;
- механизмом расчёта стоимости жизненного цикла, а не только цены поставки;
- системой превентивного контроля, которая выявляет риск неэффективности до подписания контракта, а не после ущерба.
Почему начинать нужно именно с квазигоссектора
Квазигосударственные холдинги – идеальная точка входа для ИИ, поскольку у них крупнейшие бюджеты, сложные цепочки поставок, повторяющиеся типы закупок и доступ к полной финансовой и контрактной истории.
Именно здесь ИИ может быстрее всего показать измеримый эффект: снижение отклонений цен, сокращение допсоглашений, рост конкуренции, повышение качества. А затем этот опыт может быть масштабирован на всю систему госзакупок.
Однако для этого требуется не разрозненный набор IT-инициатив, а последовательная архитектура внедрения – от данных и экономики к управленческим решениям.
Пошаговое внедрение ИИ в закупки: от базы к эффекту
Мировая практика
Мировая практика показывает, что именно госзакупки становятся первой сферой, где внедрение ИИ даёт измеримый фискальный эффект. Так, в странах OECD (Организация экономического сотрудничества и развития, куда входят 38 развитых стран), алгоритмы анализа закупочных данных уже используются для формирования референтных цен, выявления картельных паттернов и оценки рисков ещё до заключения контрактов.
В Великобритании и Южной Корее ИИ-модели применяют для раннего выявления аномалий в тендерах и мониторинга исполнения контрактов, а в ЕС такие подходы легли в основу risk-based procurement – риск-ориентированного управления закупками.
Общий вывод этих практик схож: наибольший экономический эффект ИИ даёт не в сервисных функциях государства, а там, где сосредоточены крупнейшие бюджетные потоки.
Выбор, который предстоит сделать
Объявив 2026 год Годом искусственного интеллекта, Казахстан сделал важное политическое заявление. Но следующий шаг – институциональный. Либо ИИ станет витриной цифровизации, либо – инструментом управления самыми крупными денежными потоками страны.
В этом контексте ключевым становится не сам факт объявления 2026 года Годом искусственного интеллекта, а способ реализации этой повестки. Для достижения реального эффекта ответственным государственным органам, квазигосударственным холдингам и управленческой команде необходимо консолидироваться вокруг стратегического курса, обозначенного президентом Касым-Жомартом Токаевым, и перейти от фрагментарных цифровых инициатив к системным решениям.
Искусственный интеллект в сфере госзакупок – это как раз тот случай, где политический мандат, управленческая воля и профессиональная реализация способны дать измеримый экономический результат, повысить доверие общества и показать, что технологическая трансформация государства – это не лозунг, а инструмент ответственного управления национальными ресурсами.
Закупки совокупным объёмом более 20 трлн тенге в год – это не просто статья государственных расходов, а мощный фактор формирования рыночных цен во многих секторах экономики. Когда такие объёмы закупаются без единой ценовой логики и аналитики, государство фактически само задаёт искажения на рынке, влияя на стоимость товаров и услуг для бизнеса и населения. Именно поэтому внедрение ИИ в закупках – это не только вопрос эффективности бюджета, но и инструмент оздоровления ценовой среды в экономике в целом.
Потому что в конечном счёте вопрос не в технологиях. Вопрос в том, может ли государство научиться управлять 20+ трлн тенге закупок как экономическим ресурсом, а не как учётно-процедурной моделью.
И именно здесь искусственный интеллект способен стать не модным словом, а реальным союзником эффективности, доверия и развития.
Подписывайтесь на официальный Telegram-канал CMN.KZ
